Ланс Стролл Падди Лоу Уильямс Пастор Мальдонадо Кадзуки Накадзима Сергей Сироткин Роберт Кубица Антонио Пиццония Бруно Сенна

Гонщика без таланта никуда бы не взяли.

В «Формуле-1» появился новый русский пилот — спасибо «Уильямсу», талантам Сергея Сироткина и его спонсорам: BBC утверждает, что программа «СМП Рейсинг» заплатит за выступления спортсмена в 2018 году 18 млн долларов. Однако финансовые подробности контракта и удивительный для нейтральных болельщиков отказ «Уильямса» от Роберта Кубицы (в качестве боевого пилота) привели к тому, что болельщики в социальных сетях и комментариях к новостям вместе с фамилией «Сироткин» стали употреблять слово «рента». Звучит несправедливо.

Кто такие рента-драйверы

Это пилоты, выкупающие места в командах за свои средства или внушительные партнерские вложения от приближенных компаний. Деньги являются единственной причиной подписания контракта, и без них ни одна конюшня обычно не интересуется подобными гонщиками.

Тем не менее, автоспорт часто подкидывал ошарашенным фанатам сюрпризы в виде рента-драйверов, выступавших на достойном уровне или становившихся чемпионами мира. Главным примером навсегда останется австриец Ники Лауда, взявший на свое имя кредит сроком на пять лет для покупки места в «БРМ» в 1973 году. Он сильно рисковал с отсрочкой выплат и даже в качестве компенсации размещал название банка на шлеме, и в итоге не прогадал. Спустя сезон Лауда перешел в «Феррари», расплатился со всеми долгами, а позже выиграл два чемпионских титула (третий прибавился уже в «Макларене» в 1984 году).

Подобных историй немало: австралиец Джек Брэбэм завоевал третье чемпионство в 1966 году, самостоятельно оплачивая все счета в собственной команде; Нельсон Пике (еще один трехкратный чемпион), сын бывшего министра здравоохранения Бразилии, не получил поддержки семьи и работал механиком, чтобы профинансировать старт карьеры – он купил карт и собственный болид «Формулы Супер Ви»; будущий чемпион 1992 года Найджел Мэнселл продал квартиру за 14 лет до своего титула ради оплаты участия в «Формуле-3», куда его никто не хотел брать без денег, но он стал «надеждой года» в Великобритании; Дэймон Хилл не нашел спонсоров даже под громкую фамилию (его отец – обладатель «Тройной золотой короны автоспорта» Грэм Хилл), и тоже взял кредит в сотню тысяч фунтов стерлингов на покупку места во все той же английской «Ф-3». Отличные пилоты не считали зазорным начать карьеру как рента-драйверы.

Сейчас поддержка есть у любого дебютанта

В современную «Формулу-1» практически не пробиться без богатого спонсора или крупного автопроизводителя. Молодежная система «Ред Булл» считается исключением, но и в ней спонсором пилотов фактически выступает материнская компания, активно вовлекающая своих ребят в маркетинговые проекты. Так что за последние годы только Кевин Магнуссен вернулся в серию без финансовой помощи — но ему просто повезло с ситуацией в «Рено».

Сейчас принято чем-то платить даже за молодых и талантливых протеже автопроизводителей. Так Жюль Бьянки, Шарль Леклер, Эстебан Окон и Паскаль Верляйн переходили в «Манор-Марусю», «Заубер» и «Форс-Индию» за скидки на силовые установки или техническую помощь. Серхио Пересу путь в «Ф-1» по сути пробурили мексиканские спонсоры. Ромен Грожан не побывал бы на десятке подиумов без помощи концерна «Тоталь», а Валттери Боттас никогда бы не одержал три первые победы за «Мерседес» без содействия личного партнера «Вихури». «Формула-1» – дорогой спорт: даже простое содержание маленькой команды без попыток развивать болид и хоть как-то бороться с соперниками обойдется в 80-90 млн долларов, поэтому все коллективы стараются найти дополнительное финансирование. Закономерности рынка, и ничего более.

Через «Уильямс» прошло немало рента-драйверов

Если уж говорить о команде, за которую будет выступать Сироткин, то в XXI веке у нее сложилась богатая традиция подписания пилотов с хорошими «довесками». Началась она в 2002 году с Антонио Пиццонии, которого поддерживал бразильский нефтяной гигант «Петробрас». Пилоту досталось место тестера, но он больше прославился громким крэш-тестом новенького «Ягуара» с журналистом внутри вместо быстрого и безопасного выставочного круга.

Антонио не впечатлил в составе «зеленых кошек» и регулярно оставался последним выбором для «Уильямса», попадая в боевой кокпит лишь из-за травм Ральфа Шумахера и Ника Хайдфельда. С приходом Нико Росберга карьера бразильца в «Формуле-1» закончилась даже несмотря на деньги спонсоров, четыре попадания в очковую зону всего в девяти гонках и рекорд скорости, установленный в Монце в 2004 году.

Следующим рентой стал протеже «Тойоты» Кадзуки Накадзима, получивший место из-за разрыва сотрудничества «Уильямса» и «БМВ»: англичане перешли на японские двигатели, и в качестве одного из условий сделки мотористы запросили кокпит для своего гонщика. Так Кадзуки стал напарником Росберга — и, конечно же, проиграл немцу. Совсем разгромным получился второй совместный сезон, закончившийся со счетом 34,5-0 в пользу будущего чемпиона мира. Несмотря на слабые результаты, убрали Накадзиму только после завершения сотрудничества с «Тойотой».

Следующим дорогим во всех смыслах приобретением стал чемпион GP2 и один из главных крэшеров последнего десятилетия Пастор Мальдонадо. Несмотря на титул в молодежной серии, венесуэльской нефтяной компании PDVSA пришлось выкладывать по 40 млн долларов за каждый сезон в составе «Уильямса». Жадность англичан здесь ни при чем: Пастор разбивал машины буквально на ровном месте, и большая часть спонсорских денег уходила на строительство новых болидов. Тем не менее, в Гроуве сумели грамотно распорядиться вложениями, улучшили технику, и Мальдонадо в 2012 году выиграл Гран-при Испании. Фанаты «Формулы-1» до сих пор теряются в догадках на тему «что это было?», но венесуэлец больше не отличался грандиозными достижениями и в конце 2013 года ушел в «Лотус». По слухам, новая команда настолько впечатлилась подвигами Пастора в конюшне сэра Фрэнка, что потребовала у PDVSA уже 50 млн долларов.

В 2012 году «Уильямс» вообще собрал рента-флэш-рояль, подписав еще и Бруно Сенну, племянника легендарного «Волшебника». По слухам, личным спонсорам бразильца (нефтяникам OGX с компаниями «Жилетт» и «Эмбратель») переход обошелся примерно в 17 млн долларов, однако в денежной южноамериканской дуэли сильнее оказался Мальдонадо. После поражение от венесуэльца карьера Бруно в «Ф-1» закончилась: даже несмотря на рост спонсорских возможностей благодаря контрактам с «Хилтон» и «Сантандер», его никто не захотел подписывать.

Однако настоящим королем рента-драйверов из Гроува можно смело признать Ланса Стролла, сына канадского миллиардера Лоренса Стролла. По многочисленным сообщениям и предположениям прессы, магнат уже потратил на покатушки парня в «Формуле-1» от 40 до 80 млн долларов — и не зря. Ланс в 19 лет оказался на подиуме Гран-при Азербайджана, неплохо показал себя в дождевой квалификации в Италии и за сезон набрал 40 очков — второй результат среди всех рент, выступавших в составе «Уильямса». Эксперты закономерно ждут от него прогресса в новом сезоне, так что, возможно, Стролл еще переубедит общественность в своих способностях.

Деньги рента-драйверов помогают команде

Конечно, многие успехи всех перечисленных пилотов связаны в основном с неплохим уровнем болида, собранного в Гроуве — следовательно, команда правильно использует полученные средства, инвестируя их в развитие техники. Ведь после эры Мальдонадо-Сенны настала эпоха Боттаса-Массы, продлившаяся с 2014 по 2016 годы и собравшая 14 попаданий в топ-3 и два третьих места в Кубке конструкторов. Логично предположить, что вложения спонсоров Сироткина и Стролла точно так же помогут в строительстве новой машины, способной претендовать на очки и даже подиумы в каждой гонке.

«Пополнение бюджета позволит команде вложиться в развитие техники для достижения топ-уровня, – написал в своей колонке на Autosport Гэри Андерсон еще в декабре. Звучит оптимистично, если только конюшня сэра Фрэнка с новым крутым болидом не нацелится на кого-то из мегазвезд в 2019-м. Такой исход весьма возможен, ведь англичане уже предлагали контракт Фернандо Алонсо — и никто не помешает им попробовать еще раз.

Спонсоры Сироткина

В 2014 году спонсором числился управляемый отцом гонщика Национальный институт авиационных технологий. Он и Международный фонд инвестиционного сотрудничества совместно с Государственным фондом развития Северо-запада Российской федерации помог Сергею стать резервным пилотом «Заубера». В составе швейцарцев москвич принял участие в тренировках «Формулы-1» и получил суперлицензию, но в основной состав не попал и перешел в GP2 при поддержке русской гоночной программы «СМП Рейсинг».

Ее курирует известный олигарх и гражданин Финляндии Борис Ротенберг, совладелец «СМП Банка» и обладатель состояния в 1,07 миллиарда долларов по оценке «Форбс» за 2016 год. Именно его деньги по большей части легли в основу спонсорского контракта с «Уильямсом» на сумму в 18 млн долларов.

Еще в «СМП Рейсинг» входят целая русская «Формула-4», команда в чемпионате мира по гонкам на выносливость и довольно известные в автоспорте ребята вроде Михаила Алешина, Виталия Петрова и Роберта Шварцмана. И в этом главное отличие ситуации Сироткина от остальных пилотов, пришедших в «Уильямс» со спонсорским пакетом: лишь его поддерживает целая национальная гоночная система, а не просто набор компаний с коммерческими целями. В какой-то мере такой расклад гарантирует пилотам защиту от колебаний на рынках, но с другой стороны все финансирование зависит исключительно от воли одного патрона.

Выходит, Сироткин все-таки рента-драйвер?

Дать однозначный ответ непросто, но все-таки скорее нет, чем да. Как правило, презрительно отзываются о пилотах, просто купивших место в кокпите и не сумевших заинтересовать «Формулу-1» чем-то кроме денег. Сергей не такой: он выступил на совместных шинных тестах за «Уильямс» по одной программе с Кубицей и опередил соперника в честной борьбе. По расчетам разных изданий, Сироткин был быстрее поляка от 0,7 до 1,3 секунды на круге — и это очень солидный отрыв, позволяющий считать его хорошим пилотом.

Более того, вложения в Сергея по сравнению с суммами за Стролла и Мальдонадо выглядит не такими большими — из российских спонсоров явно не выжимали все до копейки. Однако из-за нужды в финансировании развития техники «Уильямс» никого не взяли бы совсем без денег — потому Паскаль Верляйн, Пол ди Реста, Фелипе Масса и Даниил Квят быстро выпали из числа претендентов, даже несмотря на все свои таланты. Конкуренцию уроженцу Москвы составил лишь Кубица, в итоге проигравший не только на треке: предполагается, что его спонсоры предложили 7 млн долларов за 7 гонок сезона-2018.

Судя по заверениям команды, Сергей приглянулся не только благодаря отличному гоночному темпу, но и технической подкованностью во время прохождения тестов и при работе на базе. Деньги помогли ему лишь попасть в шорт-лист кандидатов, а дальше он справился сам.

«Всем инженерам «Уильямса» понравилось работать с Сергеем, – подтвердил технический директор команды Падди Лоу. – Их впечатлили его упорство и ум. Он очень целеустремленный молодой человек с осознанным желанием выполнить собственноручно поставленную задачу — добиться успеха в «Формуле-1».

«Возвращение Кубицы, одного из главных пилотов своего поколения — настоящая пиар-мечта. Но «Уильямс» принял решение, основываясь на способностях. Сироткин оказался быстрейшим. Он на 11 лет моложе Кубицы и продемонстрировал немалый потенциал. С инженерной точки зрения он тоже был лучшим выбором», – оценил решение команды журналист крупного многоязычного издания Motorsport Лоренс Барретто.

Тем не менее, пока Сироткин не добьется осязаемых успехов в Гран-при, его все равно будут изредка называть рента-драйвером. Лишь время и результаты смогут побороть общественное мнение.

В «Формуле-1» дебютирует еще один русский. Он будет лучше Квята

Фото: Instagram/sergeysirotkin_official; Gettyimages.ru/Getty Images, Mark Thompson, Bryn Lennon, Paul Gilham; РИА Новости/Евгений Биятов

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий

Навигация по записям